G.V.

Злоба твоя, как бездонная бочка.

Смотришь — по пояс, а прыгнешь — по грудь.

Так вот и прыгаю с кочки на кочку,

Чтобы проснуться еще где-нибудь.

Ласки твои, словно сонные глазки,

В них немота всех земных паутин.

Был бы я Зевсом в небесной коляске,

Я прокатился бы мимо скотин.

Только гитара меня не выносит

Из под безумного стука колес.

Сколько же скрючено в знаке вопроса

Слез, откровений, проклятий, угроз?

Я бы давал вам на это ответов —

Только за то получил бы в ответ

Сто миллионов счастливых билетов,

Тех от которых спасения нет.

Если б на небо я с ними явился

И предъявил в свой назначенный час,

Ангел встречающий так удивился,

Что посмотрел бы с укором на вас.

Пили б мы горькую с ним на поминках

Наших истлевших и радостных тел:

- Я из Ростова.

- А я умер в  Химках.

- Как же из Химок взлететь ты сумел?!

Вот и сидим мы с тобою, дружище,

Смотрим на землю теперь свысока.

- Мне приглянулся смеющийся нищий..

- А мне — протянувшая небу рука.