G.V.

Злоба твоя, как бездонная бочка.

Смотришь - по пояс, а прыгнешь - по грудь.

Так вот и прыгаю с кочки на кочку,

Чтобы проснуться еще где-нибудь.

Ласки твои, словно сонные глазки,

В них немота всех земных паутин.

Был бы я Зевсом в небесной коляске,

Я прокатился бы мимо скотин.

Только гитара меня не выносит

Из под безумного стука колес.

Сколько же скрючено в знаке вопроса

Слез, откровений, проклятий, угроз?

Я бы давал вам на это ответов -

Только за то получил бы в ответ

Сто миллионов счастливых билетов,

Тех от которых спасения нет.

Если б на небо я с ними явился

И предъявил в свой назначенный час,

Ангел встречающий так удивился,

Что посмотрел бы с укором на вас.

Пили б мы горькую с ним на поминках

Наших истлевших и радостных тел:

- Я из Ростова.

- А я умер в  Химках.

- Как же из Химок взлететь ты сумел?!

Вот и сидим мы с тобою, дружище,

Смотрим на землю теперь свысока.

- Мне приглянулся смеющийся нищий..

- А мне - протянувшая небу рука.

Самой страшной наукой была для меня
Та, в которой рукою касался огня.
Я смотрел на себя, я пытался понять,
Как ее от огня, испугавшись отнять.

Жанна Дарк – это шкварка в небесном пюре.
Так и бегает с вилкой по шару кюре,
Залезает на крыши и тычит туда,
Где лишь воздух и солнце, луна и вода.

Отобедать извольте плодами земными -
Вам уже никогда не подняться над ними.




Деларош, Поль(Delaroche, Paul) (1797-1856) (Франция)

Давай, наконец, разберемся со злом.

Ему мера – пустое время.

Я спустился в границы, чтоб стать послом

И увидеться с теми,

Кто способен не видеть его границ,

Не испытывать страха, думать.

И листаю, листаю тома страниц,

И пытаюсь хоть зернышко склюнуть -

Сколько лиц, сколько тел, сколько вымерших душ,

Сколько жалких и пылких желаний...

Я, наверно, объелся сиреневых груш

Потому и брожу между вами.

Здесь и песни все на один мотив.

Здесь и ноты можно по пальцам счесть.

Но однажды их, словно косы свив,

Ты услышишь слово, в котором есть

Из иных просторов слепящий луч

Мимо звезд летящий, не зная туч.

Словно дырка в небе. И что оно =

Параллельно взгляду, как знак равно

Может нам поведать?

И неба нет!

Только луч, дающий на все ответ.

Я ниоткуда ведомый двугорбой спиной,

ноги, как корни пускавшей в пески предсказаний,

лица, скрывавший обрывками шелковой ткани -

странник, стремящийся к тайнам немых пирамид,

мыслью узор наносил на горячий гранит

и шлифовал его словом на всех языках,

пальцем рисуя круги на зыбучих песках.

расскажи свои сладкие сны

я стоял как нагой прикасаясь к стыду

не нарушить бы их тишины

что же снилось тебе в гефсиманском саду

в тот растянутый музыкой час

я смычком по судьбе до конца проведу

полежу как луна в гефсиманском пруду

не посмев дотянуться до вас

что же снилось тебе расскажи свои сны

о себе я не думал совсем

и скользил как луна в облаках тишины

и пытался понять как не видят луны

 и о чем гефсиманские сны

расскажи что приснилось мне дороги сны

под кашатановой лаской тепла

люди клацая сталью с другой стороны

пробирались не ведая зла


Джованни ди Паоло. «Христос в Гефсиманском саду»

В немоту обнаженного уха.

От зари, где проснулись цари -

До темницы без слуха и духа.

Только слово творит чудеса,

Только мысли возводят пространства

И упорно ведут по часам

Острием своего постоянства.

Даже цифры похожи на нас,

На зверей из священного леса.

Я курил настоящий Пегас,

Я не чувствовал силы и веса,

Я по стрелке встречал вещих птиц.

Мне литаврами пели кентавры.

Загибались углами страниц

В лоб венков листолезвенных лавры,

Надвигались на скудный предел,

За которым вселенская воля,

И земля поглощала как мел

Кровь, текущую привкусом соли.

Опасно растворяться в небесах.

Так часто подниматься над землею -

Туда где серебрятся в волосах

Вселенные, и млечный путь рекою,

Уносит дальше нас от райских кущ,

В тоску безмерную,

В бескрайние просторы.

Давай еще разок поедем в горы

И разомнем в руке цветущий плющ..

Всему свой час, пока, давай ценить,

Земную жизнь, дарованную Богом.

Нас неизбежно приведет дорога…

Но мы не будем время торопить.

Ни ангела, ни женщины, ни друга,

Восход и тот - мелькнет - и на закат.

Я проволоку вытяну из круга,

Который вёл спиралями назад.

Вертела вечность пылью всех вселенных

Вино кислило, миллиарды лет

Смеялись над судьбой военнопленных,

Прожекторами, направляя свет

На очертанья брошенные нами.

Семь плавников и блеянье свечи.

Когда б поэты не были богами,

Тогда б богами стали палачи.

Я одеваю свитер, накидываю пальто.

Я выхожу на улицу, и встречная пара глаз

Отпрыгивает, как курица, предчувствуя смертный час.

Я движусь по вашим комнатам, по коридорам зла.

Я истекаю потом, я истекаю совестью, я капаю ей со лба.

Как мне их страхи нравятся. Как же я вас люблю,

Пламенная красавица, преданная рублю.

Возомнивших себя богами.

От невинных затей - до идей

шаг чеканящих сапогами.

Звон подков или колоколов,

Бранный клич или страстная ласка -

Далеки от основы основ,

Из которых слагается сказка.

Здесь над вымыслом трудится свет

Называемый жизнью и словом